Эта память не уйдёт в забвение

Эта память не уйдёт в забвение
Победа+
Что стоит за этим гордым, сладостным, как мама, слово? Для наших
дедов и прадедов это дымные от пожарищ, кровавые после боёв, "слезами
измеренные чаще, чем верстами", дороги войны.
И память.
Острая, израненная память ветеранов. Бессонные долгие ночи,
незаживающие раны души.
Победа+
Ясное небо над мирной страной, наше счастливое детство.
И память.
Благодарная, светлая память потомков.
Победа+
Что стоит у истоков твоих? Кто может дать правдивый ответ? Конечно же, тот,
кто пережил пламя войны, выдержал суровое испытание.
И вот я - корреспондент школьной газеты "Вестник школы" в гостях у ветерана.
Добротный деревенский дом, чистый двор с длинной вереницей берёзовых
поленниц. Встречает нас ветеран добродушной улыбкой, узнав о цели нашего
визита, гостеприимно приглашает в горницу.
Удобно расположившись за круглым столом с кружевной скатертью, мы просим
Жуйкова Гаврила Сергеевича рассказать нам о событиях шестидесятипятилетней
давности.
Шёл ноябрь 1943 года+
Гавриле Жуйкову вручили повестку - было ему тогда неполных 17 лет. Это мой
возраст, возраст моих одноклассников. Факт этот удивил меня и сблизил с
седовласым участником героических событий.
Наскоро изучив в Ачинске устройство ПТР (пятизарядное противотанковое
ружьё), Гаврил Сергеевич в мае 1944 года в составе 2-ого механизированного
полка был направлен на фронт.
Недалеко от Одессы, близ станции Первомайская, эшелон необстрелянных юнцов
попал под бомбёжку.
- Взрывы, взрывы, взрывы,- вспоминает ветеран.
- В редких перерывах стоны раненых сливались в сплошной кошмарный крик.
Вздымалась земля, едкий угарный дым не давал дышать. Оторванные части
человеческих тел, кровь, первая смерть и первые потери. А ещё - голод. В
Ачинске выдали скудный сухой паёк на десять дней. Сухари съели в первые же
дни, остальное - полуголодная диета. Всё время думали о еде, мечтали о
продуктовых трофеях и шли в наступление.
В бою перед Будапештом разрывной пулей ранило в ногу. На ногах ботинки и
двухметровые обмотки - сапог не было. Потрогал ногу и ужаснулся, она
напоминала холодец.
Шквальный огонь не прекращался. Очередной снаряд угодил в руку, разорвал
сухожилия. Но этого тогда молодой защитник Отечества ещё не знал - потерял
сознание.
Очнулся Гаврил Сергеевич в сарае. Вскоре немцы приволокли умирающего
русского танкиста. Танкист был короткое время в сознании и рассказал, как,
обгорелый, выбрался из подбитого танка и пополз к линии нашей обороны, но
был смертельно ранен в спину осколком брошенной вслед гранаты.
Пришла ли родным молодого танкиста похоронка о геройской гибели в бою, или
он попал в списки пропавших без вести - этого Жуйков Г.С. сказать не может.
Тело танкиста так и осталось лежать в сарае, а Гаврила Сергеевича бросили в
люльку своего мотоцикла проезжающие фашисты и доставили в немецкий госпиталь
в Будапеште.
Потом был полуголодный лагерь для военнопленных в г. Кремс (Австрия), лагерь
под открытым небом в 10-ти километрах от Брнау.
Освободили союзные войска американцев и в Вене передали русскому
командованию. Здесь воина Красной армии ждала решётка. Была назначена
Государственная и врачебная комиссия. Начались допросы.
Спасла похоронка. Самая что ни на есть самая настоящая похоронка на Жуйкова
Гаврила Сергеевича, 1926 года рождения, врученная родителям бойца в далёком
сибирском селе Мигна.
А произошло вот что.
Гаврил Сергеевич лежал без сознания, когда к нему подошёл командир отряда.
Присыпанный песком, залитый кровью, с посиневшим лицом солдат был, казалось,
мёртв. Фронт продвинулся всего на два километра, спасать нужно было раненых.

Так в списке погибших оказался Жуйков Г.С., чудом не оказавшийся в списке
предателей, добровольно перешедших на сторону врага.
Впоследствии врачебная комиссия признала воина-сибиряка инвалидом, а было
ему в ту пору всего 19. Осколки той страшной войны мучительно больно
выходили из тела через 7-8 лет.
Мучительно больно старому ветерану и сейчас. Больно вспоминать ребят не
живших, оставшихся за чертой, где всегда 17. Но не вспоминать нам нельзя -
слишком высока цена Победы, чтобы уйти в забвение.
Память.
Нужна ты не мёртвым - нужна живым.

Меркушина Ирина, 17 лет МОУ "Мигнинская СОШ

 
разработка — ООО "СибПэй"