«Герои прошедшей войны»

Посвящается Гуменко Н.М., моему прадеду.

Герои прошедшей войны.

Я поведу рассказ о своем прадеде. Он был командиром танка, героем. В то время все были героями: и рабочий, трудящийся по четырнадцать часов в сутки, и солдат, глядящий смерти в глаза несколько раз на дню, и женщины, и дети, и старики - тысячи героев. Всех имен мы, может быть, никогда не узнаем и, дабы почтить их память, я не буду называть истинных фамилий, а прадед пусть будет Ивановым Иваном Ивановичем. По этому вопросу он полностью со мной согласен.

Сон. Да, Иван Иванович подсознательно понимал, что это место не может существовать на самом деле. Здесь всё было слишком… красивым. Нет, наверное, слово красиво да и множество других, которыми человек пытается выразить свое стремление к прекрасному, может передать чувства, захлестнувшие Ивана, так же, как и черно-белое кино – реальность.

На опушке леса, рядом с огромным дубом, стояла Ирина. Он помнил миг расставания у поезда, везущего солдат на фронт, помнил прощальные слова. Это было три года назад, тогда было так много не сказано…

Иван, до конца не веривший в счастье встречи, сначала пошел, всё ускоряя шаг, а затем побежал к Ней. Внезапно налетевший ветер сорвал листву с деревьев и швырнул её в лицо Ивану, в одночасье со всех сторон собрались тучи и уже прогремел первый, пока еще далекий раскат грома. Начиналась гроза. По мере приближения к цели ветер крепчал, накатываясь волнами, он мешал не только идти, но и просто дышать. Не в силах сделать вздох, Иван обернулся. Назад дороги не было.

Война с большой буквы, возведенная в гротеск, была там во всех проявлениях. Перед глазами проносились танковые колонны, сходились в рукопашную бойцы, падали бомбы, рвались артиллерийские снаряды. Набрав полную грудь воздуха, он продолжил путь. Цель была уже близка, несмотря на ветер, он отчетливо видел грустное лицо Ирины. Она что-то говорила, наверное, это были слова напутствия, но их не разобрать, всё буквально тонуло в бушующей вакханалии стихий. Когда оставалось буквально двадцать шагов, Иван отчетливо услышал слово проснись, и молния, ударившая в шаге перед ним, заставила это сделать.

Иван командовал экипажем танка, и разбудивший его Владимир – пулеметчик сказал, что всему составу необходимо срочно явиться к командиру батальона. По дороге Иван заметил, как всё изменилось. Всего пару-тройку дней назад возле Кочетковки можно было наблюдать хоть какое – то подобие мира, но сейчас жестокая реальность войны была как никогда близко. Птицы – умные существа, снялись с гнезд ещё вчера, а нам отступать нельзя. Ведь если не мы, то кто? Основная цель совещания состояла в том, что 1-й гвардейской танковой армии, а также 2-му и 5-му гвардейским танковым корпусам надлежит в ночь на 6 июля 1943 года занять вторую полосу обороны и удерживать её до последнего вздоха. Также были вести с фронта и звучало много речей, направленных на поддержание боевого духа, и они помогали. Иван видел, как на изнеможенных, уставших от бесконечных сражений лицах однополчан появляется улыбка, просыпается воля к победе. Следующие два часа танкисты готовились, проверяли работу всех систем машины, ведь от нее зависит и сама жизнь. А жить хотели все…

Затем был Бой. После артподготовки как с немецкой стороны, так и с нашей послышался, пока еще далекий, но неумолимо нарастающий гул моторов.( Прадед рассказывал, что в такие моменты у многих новичков не выдерживали нервы. У всех было жуткое напряжение перед встречей со своей возможной смертью.) В вспышках световых ракет Ивану было видно, как из-за холма выезжали немецкие танки (он насчитал их около сорока) и среди них были и новейшие “Тигры”, а позади, прикрытая тяжелой броней, шла пехота. Наступление началось. Зная, что лобовую броню «Тигра» ему не пробить, Ивану, как и всем прочим командирам танков, оставалось только ждать и молиться, чтобы немец не раскрыл их раньше времени. И удача была на их стороне. Враг, так и не заметив засады, прошел в двухстах метрах левее леса. «Мы били прямой наводкой, – рассказывал Иван, - и хотя в группе было всего десять машин, мы, пользуясь замешательством противника, первым залпом сумели вывести из строя восемь вражеских танков, за временем никто не следил, но, думаю, успешно сражались еще около часа. Внезапность была на нашей стороне, и били мы фашистов с флангов, но их было слишком много. Я видел, как тяжелые «Тигры» медленно разворачивали свои башни. Я видел, как от прямого попадания снаряда буквально взорвался изнутри танк командира. Затем всё на миг пропало: звуки, панорама, даже страшный запах гари. Как будто разом исчезли все чувства».

Он снова на опушке, но везде огонь. Иван чувствовал сильнейший жар. Рядом была Ирина, но, похоже, она была не рада его видеть. « Ещё не время !– кричала она. – Очнись». Пробуждение было страшным.

Иван видел, как горит его рука, но ничего не чувствовал, не было и слуха. И вообще зрение оказалось единственным чувством, которое ему было пока доступно. Сейчас это, может быть, показалось бы странным, но первой мыслью было: « А как же другие члены экипажа?» Правая рука могла двигаться, и Иван, сбив огонь с левой, стал осматриваться. Механик Василий не двигался, но хрипло дышал, а вот остальным не повезло. Превозмогая боль и слабость, Иван стал вытаскивать товарища из горящей машины. Когда они выбрались, то понял, что бой выигран. Для точной наводки танкам противника пришлось замедлить ход, и в это время их накрыл артиллерийский залп…

В учебниках истории написано, что упорное сопротивление Красной армии обескровило наступавших. Немецкие войска понесли гигантские потери как в бронетехнике, так и в живой силе. Наступление провалилось.

Дорогой ценой досталась нам Победа, но, несомненно то, что все солдаты: и вернувшиеся с войны, и оставшиеся там, - были героями.

Гуменко Анжела, 16 лет. МОУ Хребтовская СОШ №11 10 кл.

 
разработка — ООО "СибПэй"