Мои деды – герои

Каждое лето я проводила в деревне. Там всё мои родственники, там я выросла. Самое моё любимое место – это наша усадьба. Огромный дом с множеством комнат, печкой, старым телевизором и темной кладовкой, которая раньше казалась мне сказочной. Бабушка говорила, что там живет Бабай, но это не пугало меня и я каждый день лазила по пыльным полкам в поисках Бабая и прочей нечисти. Для детского воображения кладовка – это что-то невероятное.… А сколько было счастья, когда я находила туфли на каблуках! Дедушка всегда смеялся над моими дефиле.

За домом двор, полный куриц, коров, кошек и собак, а за двором огород. Просто невероятно огромный. За огородом был волшебный пейзаж: высокая полоска гор, на пик одной из них то ставили, то убирали православный крест. Меня до сих пор мучает вопрос: «Зачем?»

Вечера в деревне другие. Они тихие, неторопливые. Там даже Темнота другая, густая, цвета вороньего крыла. А звезды…. Они так близко! Пахнет травой, дует ласковый ветер.

В один из таких вечеров собрались все родственники, которых у нас целая улица. Улица Ленина на половину уж точно, заселена моими тетями, дядями, бабушками и дедушками. Собрались все: от мала, до велика, в резной беседке, сделанной дедом. Накрыли стол, завели разговоры. Разговоры там тоже совсем другие. Говорили о боге, урожае, берёзах и чувствах. Нет в том мире места зависти, политике, и прочим, мало приятным, вещам. Те, кто не принимал участия в беседах, подпевали дедушке, от природы он был шикарным музыкантом. Знал песни на любые темы, а как душевно играл на гармошке! Пел о любви, дружбе, верности и… о войне. Когда он затянул грустную мелодию, все разговоры резко умолкли. Только молодая аудитория (я, Олеська и Женька) ёрзала на стульях и что-то жевала. Когда дед запел, я затаила дыхание. Песня лилась…. Как и слезы из глаз слушателей. Плакала бабушка, даже из глаз дедушки выкатилась одна хрустальная слезинка. Песня лилась…. Играла на струнах души, очаровывала, впитывалась в сердце и врезалась в память…. Слова песни – не пустые. Крик души, это воспоминания, которые как бы ни хотелось вычеркнуть – ничего не получится.

Только с возрастом приходит понимание того, о чем пел дед, и плакала бабушка. Тогда я всхлипывала просто так, за компанию, а теперь я чувствую и понимаю.

Песня закончилась, старики вытерли слезы, я приглушила свои вздохи и оглянулась. Родственники замерли, никто не смел нарушить тишину. Что-то перебороло меня, то ли глупость, то ли любопытство, и я осмелилась заговорить.

- Дедуль, а что такое война? – спросила я, залезая к нему на колено.

- Дай бог, внученька, что не знаешь этого, дай бог.

-Расскажи, пожалуйста!

- Расскажу, хоть и знаю, что многого ты сейчас не поймешь, то запомнишь точно. Это поможет тебе. Ты станешь сильнее и мудрее, когда осознаешь всё целиком,- в разговор вмешалась бабушка:

- Она мала совсем! Подрастет, расскажешь.

- Нет! Я большая! – возразила я.

- Видишь, она хочет знать. К тому же вдруг не успею…

- Да! Мне очень нужно это знать!- не унималась я.

Вторую часть фразы дедушки я поняла только совсем недавно…. Он правда не успел рассказать мне многого, так же, как и бабушка. Она так хотела проводить меня в первый класс, но не дожила всего месяц, а дедушка ушел этим летом. Когда я выросла, нам стало некогда разговаривать…. Да и после смерти бабушки стало не о чем. Она стал очень закрытым и часто болел.

- Слушай и запоминай, золотко,- сказал он и поцеловал меня в лоб.

- Мне было всегда холодно и темно, но не потому, что было действительно холодно и темно, а потому, что вдалеке от дома всегда на душе не хорошо, - начал он,- больно всегда, даже если ран нет, все - равно что-то кровоточит. Друзья, товарищи гибнут по одному, ты понимаешь, что очередь дойдет и до тебя. А дома родные…. Им не легче. Только это вынуждает бороться. Ради победы, которая освободит любимых и станет местью для врага. За это воюешь, не за себя! Там ад…. Дай бог, малыш, что сейчас ты не знаешь, что это такое, ведь это на самом деле страшно. Когда говорят, что мужчины не плачут - они врут. Плачут, дорогая, ещё как! Плачут тихо, без стонов, когда совсем невыносимо и душу разрывает, как миной. Но вытерев слёзы, мы продолжаем бороться, ведь нас ждут дома, а это требует подвигов и мужества. Нельзя позволить кому-то из близких разочароваться в тебе! Надо бороться, иначе все, ради чего стоит жить, исчезнет. В детстве мне мама говорила, что человеческая жизнь – святое, нельзя драться и обзывать…. Она и подумать не могла, что мне придется убивать. А мир крутится…. Нужно непременно выжить!- повисла пауза, но дед продолжил, набрав воздуха:

- Я ненавижу фашизм, ненавижу кровавую, грабящую и убивающую фашистскую нечисть. Хочется жить, чтобы громить этих подлецов. Я вспоминаю дни строительства в городе Истра, помню их постройки, музеи и потому с негодованием, злобой и ненавистью к этим извергам осматривал все разрушения, все грабежи, которые совершали эти насильники. Газеты давали ничтожное представление о тех мерзостях, которые творили в наших городах и селах фашистские установители «новых порядков». Мне приходилось сталкиваться и осматривать результаты зверств фашистских разбойников. Дорого им пришлось расплатиться за деяния на нашей территории. Расплата была за все народы, угнетенные и порабощенные ими. 1945 год был годом полного уничтожения выродков человечества, годом уничтожения всего, что создано коричневой чумой. Было приятно, что в такие суровые дня я находился в рядах защитников Родины, я хорошо подготовился к этому. Всё, чем я занимался в мирное время, мне пригодилось. Лыжи, стрельба, атлетика и прочие виды спорта, - и снова пауза.

В некоторые моменты я просто забывала дышать, рассказ захватил меня, но он был ещё не закончен:

- Была одна памятная встреча в лесу, после налета вражеской авиации, которая нас обстреливала из пулеметов, оказывая помощь товарищам из соседней части, я услышал, что кто-то зовет меня по имени. Как же я был рад и удивлен, когда в этом бойце узнал своего друга по заводу и школе верховой езды Яшку. Позже он умер от потери крови, мы делали все, чтоб его спасти, но этого оказалось недостаточно. Были ещё несколько товарищей: Лазарь и Петр. Их тоже потеряли. Я делал всё, что мог. Но это не оправдание. Смерти я не боялся. Презирал её…. С гордостью смотрел ей в лицо, бился за Родину, народ, партию. Судьба распорядилась, что я буду сейчас сидеть здесь и рассказывать обо всем, что мы с товарищами пережили, а они будут безмолвно лежать в земле. Это не справедливо, но так уж произошло. Они бились мужественно и обязаны были праздновать победу со всеми, но ушли молодыми. Спасибо Господу, что он дал нам сил. Вера в такие моменты очень важна. Она хоть и не в силах спасти все жизни, но в силах спасти души. Человек жив, пока его помнят….- по щеке деда побежала слеза, он поднял свой взор к небу и в его глазах отразилось полуночное небо с его звездами, огромным, золотыми и чистыми. А где-то вдалеке мычали коровы, играл на ветках ветерок, и лаяла одиноко собака…. Никто так и не посмел нарушить тишину. Все о чем-то думали.

Так уж получилось, что тогда я не поняла даже половины. Зато теперь понятно всё. Цветные банты на моей голове заменила совсем другая прическа, а мысли поменялись вместе с ними. Маленькая девочка выросла, и возникло множество вопросов, ответы на которые могут дать только ветераны, а именно мой дед и моя бабушка. Но на эти вопросы ответов я так и не узнаю.

Часто во сне я вижу любимы стариков, но это не заменит той любви, которую они мне дарили при жизни. Навсегда они останутся в моём сердце, и теперь я с гордостью могу заявить:

МОИ ДЕДЫ - ГЕРОИ!

Домужнева Ксения, 16 лет, «Гимназия№1», 10 «Г»

 
разработка — ООО "СибПэй"