Реликвия

Письмо с фронта


Я всю свою жизнь думала, кому бы мне рассказать о моем отце, которого я совсем не помню, но всю жизнь любила и до самой смерти любить буду, со слов моей дорогой мамы, которой вот уже шесть лет нет с нами. Она всю жизнь бережно хранила письмо, написанное отцом с войны 2 июля 1942 года, которое она просила прочитать перед самой смертью. Мы читали и плакали, а через два часа мамы не стало. Теперь это письмо храню я – его единственная дочь Фаина.

Мой отец – Николай Федорович Рассомахин родился в 1918 году в поселке красный Хутор, Шушенского района. Поселок расположен на берегу реки Енисей в трех километрах от поселка Сизая. Жили там бедно, земли были песчаные, неплодородные. Матушка же моя была из Субботино – богатой, по тем меркам, деревни. Но уж сильно полюбила папу – красивого, высокого, но бедного паренька, и вышла за него замуж. И переехали они в поселок Фабрика, на рудник, где папка работал электриком. Там 9 января 1940 года родилась я. Счастливая жизнь продолжалось недолго – 16 февраля папку взяли в армию. Сначала он находился на курсах в Уфе, потом его отправили дальше, а там и началась война. Письма от отца приходили редко, а от нас к нему вообще ничего не доходило. Он пишет, что его назначали командиром и будут отправлять на фронт. Там он был дважды ранен в ногу, попал в плен, сбежал оттуда к партизанам, оказался в Белоруссии. В партизанском отряде все дали друг другу слово, что кто останется в живых сообщит родственникам. Отец погиб 18 марта 1944 года в белорусском городе Миоры Витебской области, где позже его именем был назван пионерский отряд. Вместе с 213 другими солдатами он похоронен там, в братской могиле. Нам об этом рассказал его выживший соратник, который приезжал к моей бабушке. Потом мне писали ученики миорской средней школы №2, что они ухаживают за могилой, положили туда два венка. Один от моего имени – от дочери Фаины, другой – от жены и дочери. Писал и человек, который знал моего отца, был кузнецом в его отряде.

От отца и осталось только фото и письмо с фронта, я высылаю его копию. С отцом мы теперь встретимся уже на небесах…

Я очень вам благодарна , что сбылась моя давняя мечта – рассказать людям о своем дорогом отце.

С уважением, Фаина Николаевна Чихачева, поселок Майский, Шушенского района Красноярского края.


Письмо с фронта

Во первых строках этих я шлю свой горячий, пламенный привет дорогой и незабываемой жене Татьяне Дмитриевне и дочке Фаине, и дорогим родителям папаше и мамаше, и вашим деткам Гоше, Пете, Глаше и Ване, и бабоньке. Всем вашим деревенским, которые меня знают, передавайте привет! Пусть помянут меня. Это, я знаю, для вас будет большим интересом, хотя за этот год вы могли бы считать меня неживым и вполне могли забыть, но я не забыл и, если все будет по-хорошему, век и никогда не забуду, пока я жив и здоров. Хотя в прошлом году меня проклятые немцы два раза ранили в ногу, но оно все прошло легко, а теперь мы за это им очень крепко мстим. Начинаем чувствовать себя большими и сильными, так как на его территории в тылу противника ходим свободно, и не закатываясь в землю. А они, то есть немцы, находятся вокруг нас и сидят в окопах, как раки, так как им смерть угрожает из-за каждого куста.

Помните, дорогие родители, что в скором будущем победа будет за нами! И учтите, что партизану смерть не страшна, если помрет за дело рабочих всего пролетариата.

Дорогая Таня, я опишу тебе свою жизнь. Частично первое время я был в плену, но сбежал от них и устроился в одной деревне с товарищами пожить и подлечиться… Потом пошел по деревням, жил скрытно, починял сапоги, катанки и питался. Этим временем скрывался в лесу, к весне мы стали жить лучше и потихоньку встречать и уничтожать врагов. Так вот, дорогая и любимая Танюша и дочка Фая, несладко нам тут приходится, но я вас все же не забываю, никогда не забуду, покуда жив. Танюша, пиши письмо на мой ответ и опиши все, что нового, все новости, кто жив, кого нет. Охота знать очень многое. И если есть маленькая фото, то пошли…

Не серчайте, что не писал писем – было нельзя.

Из своего района тут нет никого, есть один с Абакана, Павел. Мы с ним находимся с первого дня и до сейчашнего времени.

Помни, что ваш муж Коля жив, передавай всем привет, маме, дяде Васе, дяде Мише.

Написал бы ещё, но нельзя, сама знаешь. А пока целую вас,

Ваш муж Коля.

Действующая Красная Армия, полевая станция 16-33.

Материал предоставлен редакцией газеты «Наш Красноярский край»


Трубка союзника

Мой дед Степан Филиппович Дугинец служил в армии 1-го Украинского фронта, когда 25 апреля 1945 года состоялась легендарная встреча на разрушенном мосту через реку Эльба с войсками 1-й армии США. Как известно, в результате встречи войск союзников остатки вооруженных сил Германии были расколоты на две части – северную и южную.

В тот день американский патруль под командованием второго лейтенанта армии США Уильяма Робертсона встретился с советскими солдатами лейтенанта Александра Сильвашко на разрушенном мосту через Эльбу близ Торгау. Среди солдат был и мой дед. Известна фотография, сделанная днем позже, где Робертсон и Сильвашко пожимают друг другу руки. На их лицах читается такая радость, как будто встретились два брата. Наверное, солдаты радовались короткой встрече со своими союзниками не меньше командиров. Дед рассказывал, что он познакомился с огромным рыжим ирландцем Патриком, с которым немного пообщался. Естественно, Патрик не говорил ни по-русски, ни по-украински, а дед мой – крестьянин – не знал английского. Но они оба были простыми солдатами и отлично понимали друг друга. Дед подарил Патрику свою фляжку, наполовину заполненную водкой. Патрик вынул из кармана изогнутую курительную трубку, которая хранится в нашей семье до сих пор. Трубка –добротная, качественная, ирландской фирмы Peterson, которая, как я узнал, в свое время прославилась рядом полезных трубочных нововведений. Многие говорят, что массивное кольцо на чубуке было сделано специально для солдат, чтобы уберечь трубку от поломки в тяжелых фронтовых условиях. Дед берег эту трубку и иногда закуривал ее на праздник Победы или под настроение. Всерьез он никогда не курил, имел проблемы с легкими – сказалось ранение. Теперь ее берегу я, а потом трубочка перейдет к моему сыну. Иногда я тоже закуриваю эту старую трубку и представляю себе, что где-то там – в Америке, за океаном, в большом дружном ирландском семействе – хранится старая фляжка – подарок советского солдата Степана Дугинца. Петр Дугинец, г. Красноярск

 Материал предоставлен редакцией газеты «Наш Красноярский край»


Фляжка прадеда

«Один лишь раз сады цветут…»

Я никогда не видел моего прадеда Дмитрия Дмитриевича Точилина. Он умер за несколько лет до моего рождения. Но у меня хранится его фляжка, с которой он прошел всю войну. Ее мне передал дед. Он же много рассказывал о своем отце. Дмитрий Дмитриевич Точилин прошел почти всю войну связистом. После взятия Кенигсберга его демобилизовали. Нужно было срочно восстанавливать Днепропетровскую ГЭС. Прадед не любил рассказывать о войне. Если вспоминал, то какие-то бытовые подробности.

Например, ему запомнился яблоневый цветущий сад где-то на Украине. Кругом снаряды падают, а яблони стоят в цвету, осыпаясь лепестками, словно снегом. Именно тогда он понял, что невыносимо тоскует по мирной жизни и сделает все, чтобы она приблизилась. А еще Дмитрий Дмитриевич часто успокаивал свою внучку, мою маму, такими словами: «Ну что ты, не переживай, на фронте и не такое приходилось терпеть, и ничего, выжили». Я думаю, он был мужественный человек, но очень скромный и не любил говорить о своих боевых заслугах. Не носил ордена, никогда не пытался что-то где-то получить без очереди. Эту фляжку, которая теперь хранится у меня, прадеду подарил его ротный. Дмитрий Дмитриевич не расставался с ней и после войны, брал с собой в командировки и на рыбалку. На фляжке есть несколько вмятин – от снарядов. Эта реликвия – словно весточка из той, далекой жизни, в которой мой прадед был героем, воином, простым, скромным человеком.

Сеня ГАРЕЕВ, 12 лет

Материал предоставлен редакцией газеты «Наш Красноярский край»


Увидеть деда лишь на фото

Перебирая черно-белые, выцветшие от времени фотографии- окна в былое, мы видим живыми ушедших родственников. В нашем семейном альбоме есть фотография, которая заставляет биться учащенно мое сердце. Это снимок моего деда, здесь ему восемнадцать лет. Бабушка рассказывала, что он сделан перед уходом на фронт. Этой фотографии около семидесяти лет. Это семейная реликвия. Она очень дорога мне, потому что это – часть истории нашей семьи, а ее забывать нельзя.

 

Алексей Афанасьевич Седых родился в селе Салгон Ужурского района в 1925 году. Он воевал на первом Украинском фронте, был командиром отделения в разведвзводе 342-го стрелкового полка 232-й стрелковой дивизии. Был ранен в Польше под городом Сандомиром. Демобилизовался по ранению. Дед награжден орденом Красной Звезды и боевыми медалями. Вернулся с фронта инвалидом Великой Отечественной войны первой группы. Работал водителем в Емельновской ЦРБ, воспитал троих детей.

Меня назвали в его честь. Я никогда не видел своего дедушку. Смотрю я на фотографию и вижу мальчишку чуть старше меня, мысленно ставлю себя на его место и думаю, о чем он мечтал тогда в далекие сороковые.

Мой дед, Алексей Афанасьевич Седых умер в 1995 году. Ему я посвятил это стихотворение.

В семейном архиве, старинное фото.
На фото мальчишка, чуть старше меня.
На снимке мой дед перед фронтом.
Живым я его не видал никогда.

Мой дед в последний год войны
Фашистов бил на первом Украинском.
Проносятся мгновенья той поры,
Что в августе были, в сорок четвертом.

Висла, непреступная преграда, переправа.
И раненный в руку, с осколком в груди,
Мой дед за мужество под Сандомиром
Был награжден орденом Красной Звезды.

Он вернулся живым, чтобы жить,
Инвалид первой группы, с металлом в груди,
Он встретил бабушку, работал шофером,
Трех детей вырастили они,

В честь деда-героя назвали меня,
Гордится и помнит его вся семья.
Герои в памяти людской сохранены,
У каждой семьи есть герои свои.



Алексей Седых, ученик 7 «А» класса Емельяновской средней школы №1

Материал предоставлен редакцией газеты «Наш Красноярский край»

 
разработка — ООО "СибПэй"