Питание и обмундирование

Питание и обмундирование

Солдатский рацион – вопрос первостепенный: голодный много не навоюет. Продовольственная проблема в армии решалась значительно лучше, чем в тылу, ведь вся страна работала в первую очередь для фронта.

Согласно приказу № 312 от 22 сентября 1941 года армейские продовольственные нормы делили весь личный состав Красной Армии на четыре категории:

· Красноармейцев и начальствующий состав боевых частей действующей армии.

· Красноармейцев и начальствующий состав тыла действующей армии.

· Красноармейцев строевых и запасных частей.

· Красноармейцев караульных частей и тыловых учреждений.

Плюс к этим категориям добавлялись еще четыре для летно-технического состава ВВС Красной Армии.

Продовольственный ассортимент у всех был одинаковый, различались только нормы выдачи: (количество в граммах): хлеб из ржаной муки и обойной муки, мука пшеничная 2 сорта, крупа разная, макароны - вермишель, мясо, рыба, масло растительное, сахар, чай, соль, картофель, капуста, морковь, свекла, лук, зелень, огурцы, махорка, спички, курительная бумага.

Приказом было определено, что сухой паек использовался как боевой запас и применять его взамен положенного пайка можно только в форс-мажорных обстоятельствах.

На фронте работали полевые кухни, которые в зависимости от конструкции могли быть прицепными, автомобильными, гусеничными и на другой тяге. Пищу на них можно было приготовить даже в движении. Но часто, когда армия переходила в наступление, это уже было характерно с 1943 года, полевая кухня просто не поспевала за ней.

Но в основном бывало, что запас продуктов, был мал, и определенное приказом количество продуктов питания не соответствовало действительности. Это подтверждают рассказы участников войны.

Особое место во фронтовом быту занимало употребление алкоголя. Первый и, пожалуй, единственный опыт узаконенной выдачи алкоголя в отечественной армии относится ко Второй мировой войне. В подписанном И.В. Сталиным Постановлении ГКО СССР «О введении водки на снабжение в действующей Красной Армии» от 22 августа 1941 г. говорилось: «Установить, начиная с 1 сентября 1941г. выдачу 40 градусов водки в количестве 100 граммов в день на человека красноармейцам и начальствующему составу первой линии действующей армии».

Приказом также регулировалось обеспечение своевременной доставки водки на передовые линии действующих войск и организация охраны запасов в полевых условиях. А также осуществлялся контроль за потреблением водки на фронте.

Ситуация с «фронтовыми 100 грамм» меняется в 1942 году. Выяснилось, что водка расходовалась в огромных количествах и не по назначению. Нормы и порядок выдачи пришлось изменить. Так с 15 мая 1942 года прекращалась массовая ежедневная выдача водки личному составу войск действующей армии. Было решено сохранять ежедневную выдачу водки только военнослужащим частей передовой линии, имеющих успехи в боевых действиях против немецких захватчиков, увеличив норму выдачи водки до 200 грамм на человека в день. Всем остальным военнослужащим передовой линии выдачу водки по 100 грамм на человека в праздники.

Снабжались фронтовики и табачными изделиями. Выдача табака определялась все тем же приказом № 312. Табак (махорка) выдавалась красноармейцам и командирам по 20 грамм на сутки на одного человека, спичек по 3 коробка на месяц и курительной бумаги по 7 книжек, летчики же действующей армии получали папирос по 25 штук или табака по 25 грамм в день и спичек по 10 коробков в месяц.

Из воспоминаний заядлых курильщиков видно, что табака не хватало: «Курили мох, выдернутый из стен домов и добавляя сухие березовые листья».

Вместе с тем был издан приказ НКО СССР от 12 августа 1942 г. № 244 о выдаче некурящим женщинам шоколада или конфет взамен табачного довольствия, а именно по 200 граммов шоколада или 300 граммов конфет в месяц.

Таким образом, продовольственное обеспечение было в разных частях разным, также изменялось в зависимости от участия в военных действиях – действующая армия, тыл, запас. Норма довольствия зависела также от звания военнослужащего: офицерский паек был значительно выше солдатского.

Значительно хуже обстояло дело с обмундирование военнослужащих, особенно на первом этапе войны. Так, в донесении командования 26-й армии Военному совету Юго-Западного фронта о состоянии 289-й стрелковой дивизии, прибывшей на укомплектование армии, говорилось:

«На 7 000 человек получено новое обмундирование, остальным выдано второй и третьей категории и 20% совершенно не обеспечены обмундированием – одеты в гражданские костюмы, до 15% с малыми размерами обуви ходят разувши…». А военный комиссар интендантского управления Западного фронта в докладной записке комиссару Главного интендантского управления Красной Армии 26 июля 1941 г. указывал: «…мы совершенно не имеем обуви и летнего обмундирования. Во многих частях даже командиры ходят в белых туфлях…».

Сложившаяся ситуация стала следствием, прежде всего, неправильного прогнозирования масштабов мобилизации. Так, накануне войны планировалось, что всего придется призвать в Красную Армию около 10 млн. человек. Однако только при объявлении мобилизации были призваны военнообязанные 14-ти возрастов, общая численность которых составила 10 млн. человек.

Таким образом, в связи с резким увеличением численности армии государство оказалось не готово обеспечить ее вещевым имуществом в полном объеме.

Для разрешения ситуации Государственный комитет обороны 25 марта 1942 года принял постановление, устанавливающее специальный ежемесячный лимит и сроки носки вещей и обуви.

В наиболее тяжелом положении оказались военнослужащие женщины - не хватало юбок, нижнего белья, чулок, и на первых этапах проблему женского обмундирования пытались решить за счет имеющейся в наличии мужской форменной одежды.

Из бесед с женщинами-ветеранами: «Одежду мне выдали мужскую, все большое. Правда обмотки я носила недолго, так как мне специально сшили хромовые сапожки. К концу войны стали выдавать женское белье, у меня даже была ночнушка». «Бывало уже снег лежит, а мы все ходим в осенней одежде, да еще большого размера». «Трудно было конечно. Надо было в весеннюю распутицу тащить на себе по два телефонных аппарата в кожаных сумках, весом каждый по 6 кг. А на ногах солдатские сапоги 38-39 размера, когда я ношу 35-й. Бывало, ногу вытащишь из грязи, а сапог остается. Так мы передвигались по всей Украине. Там была ужасная грязь. Переходили через какие-то речушки (мосты были разрушены), сапоги наполнялись илом». «В октябре 1942 года нам выдали военное (мужское) белье и форму. Только весной 1943-го нам дали женскую одежду вплоть до чулок и пажей».

В связи с тем, что на фронтах и в военных округа бойцы и командиры имели неряшливый вид, ходили в грязном и рваном обмундировании, был издан Приказ №0669 от 30 августа 1942 года о ликвидации неряшливости в ношении обмундирования военнослужащих Красной Армии и назначены меры «по устранению ношения теплых вещей в летнее время». В некоторых боевых частях валенки были единственной всесезонной солдатской обувью, и солдаты ходили в них по колено в воде, поскольку вовремя не поступало переобмундирование.

Таким образом, в начале войны армия оказалась не готова своевременно обеспечить всех военнослужащих, особенно женщин необходимым обмундированием. До середины войны оставались нерешенные проблемы переобмундирования по времени года, ремонта и стирки вещевого имущества. Но к концу войны проблема обмундирования женщин была частично решена, а мужчины стали более ухоженными, поскольку появился контроль над сменой белья.

Денежное довольствие

Во многих солдатских письмах упоминается о денежном аттестате. Как правило, военнослужащие полученные деньги отсылали домой, так как нужды на фронте от них не было. И солдаты, и офицеры прекрасно понимали, что ситуация со снабжением в тылу была еще хуже, чем на фронте. Знали они и о существовании тылового «черного рынка», где за огромные деньги можно было купить и хлеб и одежду. Вот и старались помогать семьям.

Медицинское обслуживание

В связи с большим количеством раненых в первые месяцы войны, потребовалось незамедлительное решение проблемы качества фронтового медицинского обслуживания. Был издан приказ от 5 сентября 1942 года «Об улучшении качества лечения раненных, повышении процента возврата раненых в строй, сокращение сроков лечения, рациональном использовании коечной сети, медицинского и хозяйственного оснащения». Благодаря этой мере, удалось провести реорганизацию и расформирование госпиталей, не отвечающих элементарным требованиям медицинского обслуживания.

Из беседы с ветераном войны Марией Тимофеевной Борисовой: «Однажды во время артналета, я получила слепое осколочное ранение грудной клетки. Когда очнулась, смотрю - везде убитые. Я все потеряла: сумку, телефонный аппарат. У меня по спине текла кровь. Сначала меня направили в санроту, затем – в московский женский госпиталь. Я лежала в палате для тяжелобольных. Там были хорошие условия и хорошее питание. Была даже мягкая мебель».

Несмотря на принятые меры, уровень медицинского обслуживания в некоторых гарнизонах оставался крайне низким. Контроль за качеством фронтовой медицины осуществлялся через приказы НКО от 1942-1943 годов.

На фронте воевало много женщин, и они нуждались в специализированном медицинском обслуживании. Для организации профилактического осмотра и оказания акушерской помощи в сентябре 1942 г. специальным распоряжением начальника Главного военно-санитарного управления (ГВСУ) были введены нештатные гинекологии армий, фронтов и округов. 26 октября того же года должности гинекологов были включены в штат военно-санитарных отделов армий и военно-санитарных управлений фронтов.

 
разработка — ООО "СибПэй"